Горно-Алтайск

Горно-Алтайск

LAT
  • 51.95812N, 85.97129E
  • Я здесь был
    Хочу посетить

    28 заметок,  4 совета по 3 объектам,  536 фотографий

    помощь Подписаться на новые материалы этого направления
    Вики-код направления: помощь
    Топ авторов Горно-Алтайска помощь
    Все авторы направления
    WildStrelok
    помощь
    в друзья
    в контакты
    С нами с 6 мая 2009

    Горный Алтай 2008, Записки неизвестного фотографа

     
    9 июня 2009 года 3483

    (Часть№4)

    На следующий день уже шли по верховьям Мюшту-Айры. Совсем другие ощущения, особенно относительно района, что до Кучерлинского озера. Ощущения какой-то первобытности мест. И еще, периодически встречаются просто настоящие ягодные сады. Жимолость, смородина и малина. Брусника поспевала. Места стоит посетить для сравнительного разнообразия ощущений. К тому же есть там примечательные места – водопады…

    Верховья реки Мюшту-Айры

    Водопад №1. Почему-то ни разу нам не встретилось в описаниях упоминание о водопаде в леднике Мюшту-Айры. А ведь он самый впечатляющий в близлежащей округе. Прямая высота его, без каскада, примерно с пятиэтажку. На фото видна лишь третья часть. Но не в размере суть. Когда к нему подходишь в район сырых камней, то ощущаешь пульсирующую прохладу его мощного дыхания. Пять минут в этой ледниковой воронке запомнятся не меньше рассвета на Белухе. Правда, надо быть очень осторожным, так как со всех сторон ежеминутно катятся подтаявшие камни. Ощущения уникальные. Но выйти хочется побыстрее. Слишком опасно…

    Водопад в леднике Мюшту-Айры

    Водопад у ледника Мюшту-Айры
    Водопад №2, берущий начало тонкими струйками на леднике у подножья пика 20-летия Октября, интересен не только снизу, но и сверху. Чуть выше вода проточила в камне трех-четырех метровое глубиной узкое русло, через которое можно перепрыгнуть. Рядом есть уютные газоноподобные площадки под палатки. Общее условное название этому местечку можно присвоить «Комариный рай». Внизу комаров нет, вверху нет, а там – есть… Хотя, на плато перед Западной Белухой комаров тоже немало… мертвых. Видимо, устают ребята сильно, переваливая хребет. Нам их состояние было очень понятно. Имей мы при нашей периодической усталости вместо спальников только крылья, лежали бы рядом. Величайшее благо альпиниста – спальник, был оценен нами как наиценнейшие килограммы снаряжения. Естественно, после ледоруба и кошек, первый опыт использования которых мы получили уже вечером следующего дня после последней теплой ночевки в «раю». Удивительно было, но и то, и другое ощущалось очень привычным, словно все предыдущие походы с ними проходили. Лопоухий нацепил кошки, схватил сразу два ледоруба и побежал на самый крутой ледовый склон, что смог найти поблизости. С величайшим азартом и удовлетворением вонзал он метал в лед, да так сильно и глубоко, что незаметно для себя поразбивал до кровищи кожу большинства пальцев о склон. Дважды залез-слез. «Детский сад!...» Опять нездоровый азарт. Желание чего-то более вертикального, ВООБЩЕ вертикального…На следующий день оно сменится желанием чего-нибудь гораздо более пологого и предпочтительно ступенчатого…

    Пик 20-летия Октября

    Выход под пик 20-летия Октября также был отмечен некоторыми неновыми размышлениями. Толстый, рассмотрев пик, неуверенно озвучил свое внутреннее состояние: «Опыта у нас мало…» Чтобы понять весь ход его мыслей, Лопоухому дальнейших слов не надо было. Сам видел. Но отказываться не собирался. Прежняя для них рекордная высотная отметка уже была на километр ниже. Серьезные внутренние размышления вылились внешними шутками. Который раз уже вспомнили скандинавскую Валгаллу, куда попадают одни храбрецы. «Либо попадем на Белуху, либо в Валгаллу…Туда не только воины-храбрецы попадают, но и чайники-альпинисты. Там для них специальные высокие хребты есть, повсюду дороги, ступеньки, перила…» На том и порешили. Только вперед!!!!...

    Подобрались возможно ближе к склону и начали ставить палатку. Нашли уже кем-то подготовленную площадку. Подивились немного их выбору. А как не подивиться. Мы бы только под сильнейшим принуждением ее здесь выложили. Здоровенный камень прямо над дней, да еще и шатается. Вертикально стоит. Если поедет, то прямо по спящим. Но, времени делать другую нет. Обложили громаду камнями, зафиксировал как смогли, и спать. «Вход в Валгаллу точно не здесь…»

    Закат. Вид от подножья пика 20-летия Октября

    На следующее утро началась новая эпоха в нашей жизни – ледово-снежная. Выбрали участок склона покруче, градусов эдак под 60, и вперед. Опыт извлекать по ходу дела. Оказалось, это не так легко, как вчера казалось. А уже через пять минут понял Лопоухий, что это совсем не легко. Еще через десять понял, что очень трудно это – лидирование по ледовому склону с пятисантиметровым снежным покровом, да еще и с рюкзаком на спине. Кошки полужесткие. Подошва у ботинка мягкая. Икры отсыхают за минуту от статического напряжения. Ступени долбить жутко, лед все-таки. Кошки вбивать многократно совсем неприятно. Не ту обувь взяли. Выход один – два ледоруба. Взял у товарища второй. С парой значительно легче и безопаснее. Пролез пятнадцать метров. Употел! Дыхание как после стометровки. На астму похоже… Вкрутил первый ледобур. О, чудо! Вот это вещь! А у нас их ТРИ! Висишь на склоне, и блаженствуешь, отдыхая...Позже поняли, что три – это самый-самый минимум, и желательно брать пять…

    Дальше все одно и тоже. И песня одна и та же вспоминается вслух с улыбкой, из старого мультфильма «Федорино горе»: «…А посуда вперед и вперед по горам по болотам ползет!...» Какая конкретно посуда ползет понятно сразу, если посмотреть на наше восхождение со стороны… И так монотонно до самого верха. Ну разве что была одна адреналиновая ситуация. Если включить ее в адреналиновый рейтинг пятидневного траверса, то она займет почетное второе место…

    Ледники Мюшту-Айры
    Итак, в адреналиновом рейтинге под номеров два вис Лопоухого на скале, на полке. Ни вниз, ни вверх. Не хватает ни рук, ни ног, а все что рядом – едет. Как залез уже сам не помнит. Можно рискнуть в рывке зацепиться за что-то более устойчивое, но что-то не хочется. В случае неудачном ждет внизу не поляна для приземления, а узкий гребешок и острые камни. Невысоко, все два-три метра, но некуда. Слева 55 градусов и 300 метров до ледника, справа – градусов 60 и ого-го метров до скал. Ситуация усугубляется постоянно текущей через пальцы и ботинки водой. Все мокрое и скользкое. Никогда еще не висел Лопоухий на руках так долго. Вот уже и адреналин пошел после мимолетного размышления о ближайшем будущем. Отдыхать не получается. Прилип к склону, и полувисишь на руках. А они ведь не с гидравлическим приводом. Вроде все перепробовал. Петли на камни закидывал. Но после того как один накренился, перехотелось петлей пользоваться… Ситуацию разрешил френд. Подтянулся насколько сил хватило, повис на одном локте, и, на собственное удивление, с первого раза именно воткнул высокотехнологичную диковину в подходящую вертикальную трещину. Вылез. Смешно…Как в анекдоте, пока летел человек с десятого этажа, от всех своих вредных привычек зарекся, а как упал в мягкий сугроб, подумал: «Так мало летел, и столько чепухи надумал…» А ведь уже несколько раз так бывало… В итоге, за четырнадцать часов залезли на пик. В сумерках. Вид на Белуху сравни второму дыханию. МОЩЬ! Красавица! Летать хочется. Восторг несказуемый… А далее снова быт.

    Белуха в сумерках

    Идеальная ночевка на
    пике 20-летия Октября
    Возможно, формат этой картинки не поддерживается браузером.Где поставить палатку искали не долго. Вариантов-то и не было. Прямо на самом пике. Там идеальное место. Реально идеальное. Обзор – шикарный. Безветрие почти абсолютное. Площадка ну как специально под палатку. Чуть выровняли по горизонтали, и через десять минут дом готов. Эта первая постановка палатки в первую ночь была черно-белой противоположностью постановки в последнюю ночь. Все легко и просто, как на зеленой полянке. В радости осознания успеха первого восхождения мы легко, как дети, погрузились в сон…

    А потом было утро. Вполне объективно пишу, что люди мы ценящие хороший юмор и шутки. Смеялись часто и со встречными, и наедине, когда легко и когда трудно, и даже когда страшновато. Но вот когда мы ощутили и увидели это утро, так и шутить расхотелось. Как-то неуместны шутки среди такой красоты. Здесь уже хочется просто молча раствориться в звенящем чистом просторе. Это даже уже и не красота, как она обычно нами воспринимается. Это – совсем иная жизнь. Казалось бы, нет вокруг ни растений, ни животных, одни камни и лед в снегу, но ощущение жизни пространства наисильнейшее. И она не просто присутствует рядом, она – пронизывает ваше существо насквозь. Именно, не глазами, не ушами и не осязанием вы ее воспринимаете, но всем своим существом, сливаясь с ней в одну вибрацию. Это редко чем вызываемое чувство небывалой гармонии, вдохновенного спокойствия. Напряженной мощи. Здесь понимаешь, а главное ощущаешь, что жизнь это далеко не только лишь ее внешние проявления и формы. Жизнь – ВЕЗДЕ и во всем, и ты есть неотъемлемая часть ее. Алтай просто пронзает Жизнью…

    Утренняя панорама Белухи

    На пике 20-летия Октября
    Возможно, формат этой картинки не поддерживается браузером.Исходили всю вершину. Отсняли пару сотен кадров. Все фазы рассвета. Виды Белухи под разными углами освещения. И уходить не хочется. Слишком идеальное место. Но уже пора. Решили идти через Корону. Но не тут-то было. Слишком поздно вышли. Весь южный склон оттаял. Не доходя до Короны сто метров стало уже опасно идти. Идешь, и под каждый десятым шагом снег проседает и малость сдвигается. Вот-вот уедет. Неуютно как-то. Спустил лавину. Мокрую, жутко тяжелую. А мог и сам съехать, пойди вниз все то, что осталось выше без опоры съехавшего. Тридцати-сантиметровый снежный мокрый слой едва держится на нижележащем. Решили не ходить на Корону. Пошли назад. И далее вниз, на плато.

    Здесь Лопоухий заполнил первую строку своего адреналинового рейтинга, вписав самое волнующее и крайне непривычное ощущение – провал в трещину. Главный поражающий фактор – неожиданность. Склон примерно сорок градусов. Влево и вправо по тридцать метров гладь снежная мокрая. Ни одной толковой трещенки, ямочки. Так казалось. Снег однородного цвета и состояния. Иди да иди! Ну и иду. Палочкой для галочки и успокоения совести снег потыкиваю. Что толку то, если она повсюду по самую ручку уходит.

    Переход с пика 20-летия Октября на Корону Алтая

    Обратная сторона
    Короны Алтая
    Возможно, формат этой картинки не поддерживается браузером.Неуютно как-то. Вот уже двадцать метров прошел. Мысли некоторые смешные лезут: «Кто ходит в горы, тот не думает в какой пенсионный фонд денежки вкладывать…Вот слезем, и надо будет заняться парапланиризмом… Лошадь – друг человека…» И вдруг – РАЗ! На поверхности одна голова. Ноженьки барахтаются и ничего не находят. Рученьки вцепились в веревочку так, что не оторвешь. Натянулась. Район пятой точки ощущает спасительное давление. Вылез. И что-то вдруг так вот искренне задушевно перехотелось идти прежним направлением… Стоят двое выше провала и смотрят, чем же это место отличается от других. Высмотрели, запомнили. Все-таки было небольшое углубление прерывистое. Смотрится чрезвычайно безобидно. Поползли назад вверх. Смотрим на плато у Западной Белухи. «А как бы нам выбраться отсюда туда?...» Выбрались в итоге. Пошли прямо по здоровым трещинам, через мостики, да прямо по следам медвежьим. У зверя интуиция получше-то будет. Доверились. Сначала сами перелезли, потом рюкзаки переволокли…Эх, опять стройность текста ушла. Какой еще медведь?!...Сами не знаем какой и куда делся. Но следов куча. Вот, даже фото вставляю. Далее история со следами по порядку.

    Проснулся Лопоухий ранью предрассветною, порадовался тому что проснулся, оделся и пошел на фотосессию. Отснял все фазы рассвета. Прослезился по обыкновению своему. А как солнышко взошло, так и работу своему мозгу нашел на полчаса. Все плато между пиком 20-летия Октября и Западной Белухой вдоль и поперек было кем-то исхожено. Кем? Следы одинокие. Вышли непонятно откуда. Ушли не понять куда. Логики хождения вообще не видно. Маршрут далеко не самый безопасный, и даже

    Дневная панорама Белухи
    наоборот. Несколько склонов подрезано. Несколько лавин спущено. В монокль просмотрел всю цепочку хождений. Непонятно! Чего хотел товарищ? Вроде на Корону шел. Свернул, пошел резать склон. Пустил лавину, пошел назад. Поднялся выше, и вновь резать склон. Еще две лавины. Но пошел дальше. Видно сел, утрамбовал место. Какой смысл? Ни вида, ни безопасности. Пошел дальше. По трещинам пятиметровым! Пролез. Далее на гребень и через него к самому краю обрыва прямо на козырек. Чего хотел?! Мозг Лопоухого закипел. «Бред какой-то…» Пришлось просто выкинуть из головы. Все стало понятно позже, в одно мгновение. Медвежьи следы были. На озере потом мужики говорили, что это был барс. Барса в жизни не видели, и следов тоже. Но вряд ли они так на медвежьи похожи. Слишком специфична у него стопа. Хотя, все таки допускаем, может быть был барс… Да какая разница? Чего там делать что одному, что другому? Он ведь и через Западную Белуху в седловину перевалил!... Далее еще удивительнее. Мы идем на Корону, а слева от нас в пяти метрах прямо по гребешку туда же бежит белка…???????????!!!!!!!!!!!!.... Лопоухий был удивлен когда через его фотоаппарат перебежала белка на Кара-Тюреке, но подумал что есть среди белок такие любители перевалов. А здесь то куда?! 4200! Все деревья почти на две тысячи ниже. Удивились. Потом посмеялись. Вспомнили белку из «Ледникового периода». «Прототип…» У Западной Белухи снова выбежала с Аккемской стороны. Посмотрела и побежала вверх. Прямо слежка какая-то…Ну и тут, перед выходом на последнее плато, у самой Западной Белухи, кладбища комариные пошли. Просто добить решили удивлением. Племя особое какое-то, что ли? Прямо как горцы. Гордость не позволяет в низинах помереть. Уважаем…

    Вечерний вид на пик 20-летия
    Октября и Корону Алтая
    В сумерках выбрались на плато. Вот она – Западная Белуха! Красавица без возраста. Лучшая формула восстановления. Далее фотоаппарат в руки, и вперед по всей округе. Такие пейзажи да при такой погоде редко зацепишь. Надо пользоваться моментом. Очень изящны изгибы пары – пик 20-летия Октября - Корона Алтая. Просто убаюкивает их гармония.

    Утренний вид на пик 20-летия
    Октября и Корону Алтая
    Как будто кто лепил утонченно, проводя плавные линии. Утреннее солнце еще больше акцентировало эти архитектурные изыски. Взгляд не мечется по второстепенностям. Четко очерчено все главное, одно перетекающее в другое. Не мужской вид – женский, притягательно утонченный, очаровывающий…

    Затмение. Вид со склона
    Западной Белухи на юг. 17:53
    Снова ближе к обеду выходим по мокрому снегу. Часов в пять вечера уже стоим у Северного Бугра Западной Белухи. Выше не идем. Задумали ночевать в седловине, а склон совершенно не знаем, соответственно и время на спуск необходимое. Склон выпуклый, и далее выпуклости ничего не видно. Нужен резерв времени. Выходим без задержки, возможно ближе к Аккемской стене. Больше вариантов нет. Вдоль скалок. Вскоре убеждаемся в правильности выбранного маршрута. К центру Западной Белухи всюду огромные неудобности. А у скал ни одной. Так спокойно и спускаемся. Но вдруг, около шести часов вечера, начинает темнеть. ЗАТМЕНИЕ! А мы-то, горе-астрономы, ждали его на следующий день. Думали чего это на Восточной кучка товарищей уже полтора часа стоит, в то время как прочие заходили не более чем на полчаса. Астрономы и фотографы значит. А мы тут, желавшие затмение с Белухи снять, висим на восточном склоне Западной. Солнышко-то с противоположной стороны. Эко недоразумение! Лопоухий за двадцать секунд ледобур вкрутил. Фотосессия начата. Но все кадры смазанные. Ни штатива, ни камней, ни чего прочего – все кадры с рук. Выдержка слишком длинна. Жаль… Интересны ощущения от затмения. Немного жути нагоняет. Не страха, но именно жути. Необычной жути. Какое-то внутреннее сжатие. Творится что-то не то. И даже когда затмение прошло, еще некоторое время ощущения эхом звучали. Масштабное событие…Внешне тоже впечатлило, очень даже. Темень как поздним вечером, когда солнца уже нет, но здесь весь горизонт, со всех сторон, ярко светится красно-оранжевой полосой. Начинается так, будто облако на солнышко набежало. А дальше уже не похоже на облако. Все темнее и темнее. Думаешь, когда же пик то будет. А оно еще и еще темнее. И вот, почти ночь. Нереально. А эта подсветка по всему горизонту, вообще – фантастика. Понимаешь, что видишь то, что больше вживую не увидишь, но только в кино. Масштаб потрясает. Очень дорогой спецэффект…А потом не менее интересный рассвет, очень быстрый рассвет. Тени повсюду, где облака не мешают, обычные дневные, с четкими краями, а яркость света такая, будто на мониторе ручку яркости под ноль скрутили. Восприятие дизориентировано, мозг в смущении. Так и хочется подкрутить настройки поярче…

    Затмение. Белуха

    В итоге дня, с нашим старческим тихоходом стоим в запланированном месте снова в сумерках. За весь траверс мы так ни разу и не успели поставить палатку в светлое время суток. Причина такой скорости одна – компенсировали свою неопытность тщательной страховкой. Каждый переход был длиннее 10 часов. Ели мало, спали тоже. Когда хотелось, времени не было, а когда время было – не хотелось. Физически сильно устали, учитывая предварительные загруженные двухнедельные гуляния по низам без должного питания. И здесь, в седловине между двух вершин Белухи, уже изрядно подвыдохлись. Ветер жуткий, болтает из стороны в сторону. А тут еще палатку ставить надо. Да не на ровном месте. Сначала придется яму выкопать и стену соорудить. Тело почти на автопилоте. Начинаются патологичные ощущения. Кажется, что у тебя не одно, а два тела, по принципу матрешки, и то, что второе, оно не вполне влазит в первое, то что настоящее. Словно большое пытаешься запихать в малое. И ты, при этом, находишься в большом. Состояние как во сне, вот-вот из тела вывалишься. Можно сказать, граница дееспособности. Самое интересное, что все это очень отчетливо ощущаешь и осознаешь, анализируешь. В теле держишься только за счет усилий воли. Легкие болевые ощущения, холод, голод, жажда и дискомфорт – все это едва ощущаешь, словно эхо. Кто терял сознание или входил под полный наркоз, тот поймет о чем речь. Состояние наиинтереснейшее, но для жизни опасное, так как реакция на все внешнее несколько заторможенная почти на грани адекватности. Зато все мысли очень обострены. Темнота вокруг усугубляет этот эффект. Аналог сна. Но ситуация вокруг далеко не сонная, расслабиться нельзя. А ведь так и хочется попросить кого-нибудь: «Дяденька, поставьте, пожалуйста, нам палатку, а мы пока во-о-о-он там поспим… » Сон наступит в пять секунд… За четыре ночевки траверса Лопоухий побывал в этом состоянии три раза. Именно при сумеречной постановке палатки, на фоне сильной усталости… А утром, после шести часов сна, как заново родился. Просто распирает от мощи. Удивителен этот момент на вершинах.

    Кстати, на третьем месте по количеству адреналина, а по продолжительности на первом, – ночевка в седловине между Западной и Восточной Белухой. Палатку ставили возможно ближе к Аккемской стене и подальше от очень уж заснеженного склона Западной Белухи. Напрягал он своими громадными разломами, снежными глыбами и козырьками. Поселились ближе к Восточной, что более крутая и скалистая. Напрягающий фактор начался примерно в четыре часа ночи. Часов с двенадцати довольно плотно сыпал снег. Сильный ветер собирал его на этих самых восточных скалистых склонах. И под утро пошли небольшие лавинки. Но в темноте, сами знаете, все кажется больше. Лопоухий как услышал их сходы, так и про сон забыл. В памяти начал сомневаться, бдительности: «Может вечером не заметил на склоне большого снега, карнизов…» Вылез из спальника, полностью оделся, обулся, нож в руки взял. Намерился палатку разрезать в случае погребения. Толстый спит беззаботно. Лопоухий лежит и метры по-звуку высчитывает. Просчитал три схода. Вскоре расслабился и уснул. Утром проснулся и в первую очередь вылез посмотреть на следы сходов. Снег не больше десяти метров на плато высыпался. А казалось гораздо дальше…

    Вид на г.Караоюк

    Между Западной и Восточной
    Возможно, формат этой картинки не поддерживается браузером.Но это уже было прошлым. Вид вокруг был потрясающим! Ясность яснейшая! Вон Аккемское озеро, чуть левее и выше тропа с Кара-Тюрека, чуть ближе часовня, а вот Томские, народ познает науку восхождения на Арбузе. А слева и справа – две громады. Западная нестерпимо светится в солнечном свете. Неугомонный ветер не мешает, но только добавляет какой-то невыразимой жизненности в восприятии этого чистейшего высотного царства. Почему-то вспомнилось давнее солнечное лето, детство. Точнее, не вспомнилось – ощутилось. Внутри неописуемое спокойствие и глубочайшая утонченнейшая радость. В редких снах бывает это неземное состояние освобождения от всех дум и переживаний, когда ты полностью превращаешься в летящую беззаботную радость. Необъяснимо это переживание. Оно захватывает целиком, но никогда не держится долго. Минуты. Но эти минуты вмещают жизнь, и не только твою… Это не красивые подобранные слова. Это – заведомо неудачная попытка описать неописуемое. Это самые ценные минуты жизни, которые остаются маяками глубочайшей радости навсегда, в какие дебри не забрался бы. Это минуты величайшего внутреннего объединения со всем, что вокруг. Это мгновения понимания и чувствования истинной Жизни…которую не объяснить… которую можно только ощутить…

    Вообще, альпинизм, особенно при его реализации крайне малоопытными товарищами, мало совместим с фотосъемкой. Противоречивым получается их союз. Когда здравый смысл альпиниста приказывает встать и идти, соображения фотографа в не менее приказном тоне говорят остаться. Ведь все фазы хорошего освещения пейзажа еще не зафиксированы. Или облако расположилось неправильно. Или тени падают не под тем углом. Или портит композицию пока еще не освещенный склон. В ожидании кадров проходят часы. Уходит морозное утро, а вместе с ним безопасность. Но вот, кадр сделан. И тогда начинается движение по мокрому снегу, с большой вероятностью прокатиться в небольшой но тяжелой мокрой снежной лавине, или же получить камнем по голове. А их, подтаявших, сыплется на крутых склонах не мало. В основном мимо, так как маршрут, все-таки, выбирается наименее камнеопасный, но бывает… Это, кстати, четвертое место в адреналиновом рейтинге. Очень специфичное – крайней степени заторможенное. Опасности уже вообще нет, а в организме только начинают зарождаться гормональные перемены, удивление, волнение и некоторые адекватные человеческие мысли. На западном склоне Восточной Белухи один камень пролетел у Лопоухого между ног. Ощущение, что пролетел снаряд. За пару сотен метров сорокапятиградусного склона скорость он набирает приличную. В сочетании с вращением это порождает жуткий звук. В ста метрах его вообще не слышно, а в полуметре – жуть… У того камня была прямо какая-то расчетная точность. Совершая десятиметровые прыжки он просвистел точно между лицом Лопоухого и склоном, далее едва шаркнул по штанине между ног и, что не менее точно, на тридцать метров ниже, хорошенько приложился к рукоятке ледоруба Толстого, за которым стояла его нога. Далее последовал поток математических вычислений по поводу прочности каски, ее амортизационных свойств и зависимости сохранности головы на плечах от массы камня. Вычисление скоро оборвалось кратким интуитивным решением: «Размозжит вместе с каской…» Следующие полчаса мы только и смотрели вверх. А потом, как всегда, уже который раз, усталость взяла верх над бдительностью. «Чему быть, того не миновать…» - эдакая классическая самооправдывающаяся философия неудачника. Что поделаешь, усталость еще и не такие мысли порождает…Через три часа мы уже стояли на Белухинском перевале. Эту стоянку мы будем вспоминать как энциклопедическую.

    Главное воспоминание той ночевки – ветер. Мы так поняли, безветрия на этом перевале не бывает. Заметив тропу-дорогу на Белуху, Лопоухий без промедлений пошел искать приемлемое место для ночевки. Залез на самый верх. Попутно нашел всего два более-менее приемлемых, дискомфортных по рельефу, но относительно безветренных места. После сорока минут отсутствия спустился на Белухинский. А там уже идет единоличная установка палатки. Толстый не дождался результатов экспедиции и решил жилищный вопрос просто – ставим там, где скинули рюкзаки. Шедевр в области экономии сил. Лопоухий в шоке. Самое-самое-самое ветреное место и голый лед. Если будет особо сильный порыв, унесет как фанеру. «Эх, будет чего вспомнить!...если будет чем впоминать…» И возражать не стал. Слишком решимо настроен товарищ. Видимо, на то есть причины. Позже подтвердилось. Ноги мокрые… И вот две тени на фоне уже звездного неба принялись дружно ставить палатку. Это надо было видеть. Лопоухий хохотал. Он уже подобное ощущал много раз. Кажется, что делаешь нереальное дело, безуспешное, утопичное, при этом уставший жутко, и здесь же по опыту знаешь, что в итоге сделаешь, а через месяц будешь вспоминать дома и смеяться. Так и получилось. Хохотали уже в палатке. Толстый когда отогрелся и осознал где и как мы ставили палатку, сам рассмеялся. Знаете сколько ставили?...Около часа, вдвоем, при том что она ставится одним за десять минут. Лопоухий впервые в жизни завязывал узлы с бантиком по полторы минуты. А что делал второй, когда первый упражнялся с бантиками? Держал как бычка за рога палатку. Жутко кидало ее из стороны в сторону. Снизу два ледобура и ледоруб, сверху – две руки держат дугу, а все остальное – парусу подобно. «Больше похожа на тряпочку для определения силы и направления ветра, чем на жилище…» Думали, порвет и дуги поломает. На удивление, выдержала палатка, только одну дугу погнуло. А держали ее по очереди. Пальцы быстро замерзали. У Лопоухого даже потрескались все от холода. На следующий день побаливали подмороженные. Мышцы тоже побаливали. Столько камней перетаскать на юбку…

    Утро встретили смехом. Много для того не надо. Достаточно было посмотреть друг на друга (фото не прилагаю, дабы не омрачить красоту гор). Пять солнечных дней на белоснежных четырехтысячниках превратили наши лица в подобие запеченных в гриле куриц. Особенно под этот образ подходили губы, ставшие почти в два раза больше и гораздо тверже, покрытые патологичными наростами, обветренные, растрескавшиеся, кровоточащие. Смеешься, а трещины от этого становятся еще глубже. Солнечные ожоги в последний день начали гноиться. Увеличились и стали болеть лимфоузлы. Нос пропекся до всей глубины недр своих. Со скул слез пятилетний лимит кожи. Короче, картина была забавная. И представьте еще утро. Вы ведь видели себя в зеркале немного затекших после сна. Только в нашем случае все это еще усугублялось ненасытным вечерним водопоем. В итоге, утром были готовы два персонажа для фильмов ужасов. И совсем без грима!...Не удивительно что медведя мы так и не встретили. Он предчувствовал свой шок. Барсы наверно так малочисленны именно по этой же причине. Легкомысленные человекоподобные убивают их одним своим видом…Мы сами были в шоке от такой интенсивности солнца. Вот к чему приводит забывчивость. Крем не взяли от солнца. Ни каких повязок, масок. «Эх, была не была! Проведем эксперимент…» Провели! Все это потом заживало больше двух недель…

    Возможно, формат этой картинки не поддерживается браузером.Но все это мелочь мельчайшая по сравнению с тем, что подарило нам это утро на Белухе.

    Рериховские мотивы

    Любители гор знают полотна Николая Рериха. Дивные чистые краски. Некоторые сомневаются в их реалистичности. Слишком уж необычны для равнинного глаза, слишком насыщенны и контрастны. А ведь в реальности горной таковы они и есть. Конечно, не каждый день и не в любом месте. Но когда все условия сходятся воедино, тогда вы видите то, что делает красивый сон реальностью, а человека – благодарным ценителем жизни. Такая степень красоты перерождает, своей мощью стряхивая с человека пыль инертной обыденности…

    Конечно, самое потрясающее впечатление в горах производит утро. Но утро встречают по-разному. Встретить рассвет на Аккемском озере, и встретить его на Белухе – непередаваемый контраст. Хорошо озеро, ни капли умаления в сторону его благодатнейшей атмосферы. Но что будет для вас приозерное утро после того, как встретите вы его на Горе…Представьте. Вы стоите на Вершине. Вас обдувает непрестанный сильный ветер. Он даже заставляет вас качаться и удерживать равновесие. Укрываясь от него, вы ложитесь у камня на замерзший снег. Становится тихо. Под вами мощная Гора, над вами – глубочайшее звездное небо. Звезды почти не мерцают. Вы всматриваетесь в него, и видите то, чего внизу не видели: целую бесконечность новых звезд и ясный необычайно светящийся млечный Путь, вглядываясь в который вы находите всевозможные узоры из теней и света. Вы погружаетесь в эту бесконечность, а вместе с ней и в самого себя…Скоро начинает светать, и звезды исчезают. Остаются ярчайшие... Вот уже и они уходят. Тогда начинается светоцветовое представление. Здесь Солнце использует всю палитру. Светает красноватым оттенком восток. Запад озаряется розово-фиолетовым сиянием. Горизонт залит синевой. Кажется, глубже синевы уже не будет. Светает далее. На удивление, синева все более насыщается, местами доходя до ультрамариновой мощи. На востоке появляется красный огонек. По яркости на Солнце не похож, но это оно самое. Вместе с его появлением меняется палитра неба. Восток в пять минут заливается золотым сиянием. Солнце над горизонтом. Над вами необыкновенная синева. Почти по всему горизонту она же. Лишь восток розово-красен в золотистом обрамлении. А между синей высотой и желтым горизонтом удивительная полоса нежнейшего зеленого оттенка. Нереальная реальность. И каждые пару минут цветовая картина меняется… Но это лишь внешняя сторона. А что все эти два часа происходит внутри! Если вы испытывали хотя бы раз настоящую глубокую жажду от сильного обезвоживания, при котором вода обретает высшую ценность и желательность, и вы не можете ею напиться по достижении ее, вы поймете то, что происходит на утренней Вершине. Вы добрались до Источника. И хочется утра бесконечного. Всеми порами тела и души вы впитываете эту, только в горах достижимую, необыкновенную мощь и красоту. Абсолютно ничего более не хочется – только утолять эту бездонную жажду чистой красивой Жизни… Кто идет на Белуху не для галочки, а за Красотой, проведите бессонную ночь на Горе под звездным небом, встретьте рассвет, и унесите с собой незабываемое ощущение грандиозности Жизни. Всего одна бессонная ночь…ради Красоты…

    Рассвет на Восточной Белухе

    Вид с Восточной Белухи на
    пик 20-летия Октября и Корону Алтая

    Вид с Восточной Белухи
    на юг. Над цепями гор

    Банальные слова, но смотря вживую на то, что видно на верхней фотографии, ощущаешь себя пылью на фоне этого грандиозного масштаба. Эти горы высотой 2500-3000. Нереально. Из-за удачно ясной атмосферы они похожи на пластилиновый макет. Слишком нереально. Как во сне...

    В то последнее утро на вершинах Алтай открылся до горизонта. Красивый финал пятидневной эпопеи. Не выразишь словами те чувства, что нас наполняли. Мы просили о погоде – пожалуйста! Мы просили о Красоте – пожалуйста! Мы просили о Помощи – пожалуйста! Нам все дали и показали. Что можем мы дать в ответ?… Только нашу бесконечную благодарность и обещание показать другим то, что увидели своими глазами, рассказать о том, что пережили сердцами. Мы молили о Красоте, и, насытившись ею, унесли с собой. И ни кто, и ни что не сможет ее у нас отобрать. Она в нас, она наше достояние, наше существо. Всего одно мгновение нужно, чтобы в любой ситуации, любой атмосфере почерпнуть силы и радость из этого внутреннего источника. Алтай не просто показал, Алтай – Дал… Молитесь о Красоте, просите о Красоте. Все остальное придет и уйдет, а Красота навсегда останется в вашем сердце неиссякаемым Источником…

    Честно говоря, после вышеписанного писать вообще ничего не хочется. Слишком сильны воспоминания, и на их фоне все становится мелким и третьестепенным... А рассказ закончить надо…попозже…

    продолжение следует...

    вики-код
    помощь
    Вики-код:
    Выбор фотографии
    Все фотографии одной лентой
    23 фото
    dots

    Дешёвый перелёт по направлению Горно-Алтайск
    сообщить модератору
      Наверх